Теги: батоня Батоня История Галина Леопольд Полковник Товарищ_Райко Пан_Коцкий Дедушка_Пётр Андрюха Берюза-3000 Франкенцикл

Статус: active

Слов: 2 134

ТУРНИР НАВЫКОВ ИМЕНИ ГРУДНОЙ АРТИЛЛЕРИИ

Полковник вышел на плац Сарая-Альфа, хлопнул папкой по столу и объявил:

— Та-та-та-та! Сегодня устанавливаем, кто полезнее для гражданской инфраструктуры Измаила: Галина с грудной артиллерией или Дядя Леопольд с медицинской инженерией. Турнир считать учениями. Споры — в протокол.

На доске за его спиной уже висела таблица:

РАУНД 1: ОЧЕРЕДЬ
РАУНД 2: РЕМОНТ
РАУНД 3: АНТИХАОС
ПОБЕДИТЕЛЬ: ПОСЛЕ ПРОТОКОЛА

Судьями сели:

Товарищ Райко — с половником и сковородкой борща.
Пан Коцкий — с JBL и фляжкой портвейна.
Дедушка Пётр — в кителе, спортивных штанах и шлёпках.
Андрюха — с кружкой чая, потёртым бейджем «ОХРАНА» и табличкой, на которой заранее было написано «ГАЛИНА», но мелом так бледно, будто это случайность.

Полковник прищурился.

— Андрюха, судьи не приходят с готовыми результатами.

Андрюха перевернул табличку чистой стороной.

— Это не результат. Это запасная сторона.

Пан Коцкий посмотрел на табличку.

— Запасная сторона уже пахнет конфликтом интересов.

— Пахнет нормально, — сказал Андрюха. — Магазином.

Галина появилась не потому, что её позвали. Её позвала надпись на объявлении:

ГАЛИНА НЕ ВЫДЕРЖИТ ПЕРВЫЙ РАУНД

Этого хватило.

Она въехала на плац на армированном скейтборде, остановилась у доски и перечитала надпись два раза.

— ПФФФ-БРРРР. Кто писал — тот урод. Начинайте, пока я культурная.

Андрюха молча подвинул ей ящик, чтобы скейтборд стоял ровнее.

Полковник заметил это и ткнул карандашом.

— Помощь участнику до начала турнира запрещена.

— Это техника безопасности, — сказал Андрюха. — Для остальных.

Леопольд приехал на Франкенцикле 3.1 «Берюза». К рулю была примотана касса, к сиденью — банка горошка, к фаре — стетоскоп.

— Салют! С медицинской точки зрения, Сарай-Альфа страдает отсутствием турнирного тонуса. Сейчас поднимем общий организм.

Чековая лента Берюзы-3000 один раз щёлкнула и остановилась.

Полковник записал:

БЕРЮЗА: ПЕЧАТИ НЕТ. ПОДОЗРИТЕЛЬНО.

Пан Коцкий сухо добавил:

— Пока это просто касса без чека.

— Пока, — сказал Полковник и обвёл слово три раза.

Раунд 1 — «Очередь под давлением»

Полковник выставил пять мешков с крупой, три кривые палки и меловую линию.

— Это гражданские. Условные. То есть мешки. Палки — направляющие. Но по протоколу всё это очередь.

Галина посмотрела на мешки, потом на надпись про первый раунд.

— Это личное.

Она достала двухлитровую бутылку пива, открыла её зубами и выпила залпом.

Пан Коцкий снял флягу с предохранителя.

— Это было подготовительное действие или начало боевых?

Галина вытерла рот рукавом.

— Это Галина-Рояль, уроды. Бррррр.

Андрюха поставил кружку на землю.

— Сейчас будет музыка.

Галина встала напротив мешков и ударила себя кулаком по груди.

БУМ.

Первый мешок подпрыгнул и сдвинулся к меловой линии.

БУМ-БУМ.

Три мешка сместились в один ряд.

БУМ-БУМ-ПФФФ.

Последний мешок упал ровно у края линии. Одна палка треснула, но линия стала заметнее.

Пётр поднял палец.

— У меня грудь на войне громче звучала.

Галина не обернулась.

— Дед, у тебя на войне максимум ложка об кружку звучала.

— Тоже артиллерия, — сказал Пётр. — Если суп горячий.

Андрюха поднял табличку:

ГАЛИНА: 10
ЛЕОПОЛЬД: ЕЩЁ НЕ ПОНАДОБИЛСЯ

Полковник стукнул карандашом по столу.

— Леопольд ещё не выступал.

— Так пусть не портит, — сказал Андрюха.

Леопольд выкатил Франкенцикл на линию, но не тронул мешки руками. Он снял с рамы синюю изоленту, стетоскоп и кусок кассовой ленты Берюзы.

— С медицинской точки зрения, очередь нельзя просто напугать. Её надо поставить в положение, где ей физически некуда криво деваться.

Пан Коцкий наклонился к Райко.

— Сейчас начнётся медицина геометрии.

— Это уже почти народное образование, — сказал Райко.

За сорок секунд Леопольд сделал следующее:

После этого он надавил ногой на педаль Франкенцикла. Колесо прокрутилось, кассовая лента натянулась, мешки сдвинулись по отметкам и встали ровнее, чем после Галининого удара.

Берюза-3000 выбила чек:

ОЧЕРЕДЬ ОСМОТРЕНА
МЕШКИ: 5
ПАЛКИ: 3, СВЕДЕНЫ В НАПРАВЛЯЮЩУЮ
КРИВИЗНА: СПИСАНА КАК БЫТОВАЯ
РЕШЕНИЕ: ЭЛЕГАНТНОЕ, НО НЕПРИЛИЧНОЕ

На плацу стало тихо.

Пан Коцкий обошёл линию с двух сторон.

— У Галины было громче. У Леопольда получилось точнее. Мешки стоят, палки работают, Полковника не примотали. Для Леопольда это почти академический успех.

Райко поднял половник.

— Революционно. Три кривые палки объединились в направляющую. Это народная власть над геометрией.

Полковник нехотя записал:

РАУНД 1: ЛЕОПОЛЬД
ОСНОВАНИЕ: АБСУРДНО, НО РОВНО

Андрюха посмотрел на запись так, будто там украли зарплату.

— А Галина?

— Галина произвела артподготовку, — сказал Полковник. — Леопольд закончил строительство.

Андрюха пододвинул протокол к себе и мелко дописал сбоку:

БЕЗ ГАЛИНЫ БЫЛО БЫ МОРАЛЬНО СЛАБО

Полковник посмотрел на приписку.

— Это не официальный пункт.

— Зато правдивый, — сказал Андрюха.

Галина щёлкнула зубами.

— Пусть радуется. Один раз можно.

Раунд 2 — «Две табуретки»

Полковник вынес на плац две старые табуретки.

Одну поставил перед Галиной. Вторую — перед Леопольдом.

На первой висела табличка:

ОБЪЕКТ №4-А: ШАТАЕТСЯ, ЛЕВАЯ НОЖКА - МИНУС 8 ММ

На второй:

ОБЪЕКТ №4-Б: СКРИП, ЛЮФТ, ПЕРЕКОС СИДЕНЬЯ

— Раунд второй, — сказал Полковник. — Каждый чинит свою табуретку. Побеждает тот, у кого объект пригоден для сидения без молитвы, заявления и комиссии.

Леопольд шагнул первым, пока Галина ещё смотрела на запись о победе в первом раунде.

— С медицинской точки зрения, мебель лечится через уважение к скрипу.

Он достал стетоскоп, синюю изоленту, банку горошка и маленький блокнот:

МЕБЕЛЬ. ПСИХОСОМАТИКА. ТОМ 1

Пан Коцкий сразу поднял руку.

— Предупреждаю: если табуретка станет хуже, это не будет считаться развитием характера. Потому что это предмет.

— Разумеется, — сказал Леопольд. — Я работаю строго с поверхностью, массой и моральной осанкой конструкции.

— Последнее вычеркнуть, — сказал Пан Коцкий.

Леопольд приложил стетоскоп к ножке.

— Скрип боковой. Перекос сиденья — два пальца и половина Икотины.

Он обмотал одну ножку синей изолентой. Скрип стал громче.

— Первый слой не дал результата, — сказал Пан Коцкий.

— Первый слой дал анамнез, — сказал Леопольд.

Он примотал к сиденью банку горошка.

— Для баланса массы.

Табуретка наклонилась вправо.

Леопольд снял с Франкенцикла маленькую фару, прикрутил её к левой стороне сиденья и нажал на Берюзе кнопку «ДИАГНОЗ».

Берюза-3000 напечатала:

ОБЪЕКТ: ТАБУРЕТ №4-Б
СОСТОЯНИЕ: СКРИП, ПЕРЕКОС, ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ФАРА
МЕТОД: ИЗОЛЕНТА, ГОРОШЕК, НАБЛЮДЕНИЕ
ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ: СТАЛО СТРАННЕЕ

Леопольд сел. Сиденье скрипнуло, правая ножка качнулась, изолента удержала соединение.

— Временная эксплуатация достигнута, — сказал Леопольд. — Красота не входила в медицинскую страховку.

Райко уважительно покрутил половник.

— Бедно, криво, но с прибором. Это уже напоминает коммунальное хозяйство.

Теперь Галина подошла к своей табуретке.

Она посмотрела на объект №4-А, потом на табуретку Леопольда с фарой и банкой горошка.

— ПФФФ. У него не ремонт. У него мебель после больничного.

Полковник поднял свисток.

— Галина, без разрушения периметра.

— Я периметр не трогаю. Я его предупреждаю.

Галина подняла руку и щёлкнула пальцами.

ЩЁЛК.

Левая ножка сдвинулась по меловой отметке.

Она щёлкнула второй раз.

ЩЁЛК-ЩЁЛК.

Две ножки стали по одной линии.

Галина посмотрела на Полковника.

— Слышал?

— Слышал, — сказал Полковник и уже улыбался.

Она щёлкнула серией.

ТРРРРР-ЩЁЛК-ЩЁЛК-ЩЁЛК.

Звук прошёл по плацу как очередь из старого автомата Калашникова.

Полковник выпрямился, потерял служебную строгость и заорал вместе со звуком:

— Та-та-та-та!

Пан Коцкий повернул к нему голову.

— Вы сейчас судите или наслаждаетесь?

Полковник кашлянул в кулак.

— Это акустическая проверка ремонта. И мой любимый звук. Два основания.

Райко поднял половник, как флаг.

— Вот она, революция бытового труда! Без гвоздей, без заявок, без начальника ЖЭКа. Один щелчок — и перекос отступает от линии партии.

Пан Коцкий посмотрел под сиденье.

— Факт: материалов не добавлено. Геометрия восстановлена. След на бетоне есть. Фокуса не вижу. Но табуретка стоит.

Галина подняла ладонь.

— У меня ещё три пальца свободны.

Андрюха сел на табуретку №4-А. Скрипа не было.

— Галюнь, держит лучше, чем зарплата в магазине.

— Не сравнивай с фантастикой, — сказала Галина.

Полковник ударил папкой по столу:

РАУНД 2: ГАЛИНА
ОСНОВАНИЕ: БЕЗ МАТЕРИАЛОВ, ГРОМЧЕ, РОВНЕЕ, СТРАШНЕЕ

Леопольд поднял палец.

— Возражаю. У меня объект получил фару. Это повышает ночную мебельную безопасность.

Пан Коцкий сказал:

— У Галины табуретка стоит. У вас табуретка светит. Это разные задачи.

Андрюха уже пододвинул Галинину табуретку ближе к судьям.

— Свет пусть у Леопольда остаётся. Сидеть будем на нормальной.

Галина фыркнула.

— Правильно говорит. Не зря мой.

Раунд 3 — «Финальный антихаос»

Полковник вынес коробку и поставил её на середину плаца.

— Контрольная тревога. В коробке: сухари, гайки, учебные чеки, картофельный термос Леопольда и табличка «НЕ РОНЯТЬ». Задача — остановить бытовой коллапс за шестьдесят секунд.

Пан Коцкий посмотрел на табличку.

— Если вы сейчас её уроните, это будет не тревога, а автобиография.

Полковник уже уронил коробку.

Сухари рассыпались веером. Гайки покатились к меловой линии. Учебные чеки поднялись в воздух. Термос ударился о бетон, крышка отлетела под стол Райко.

— Начали! — крикнул Полковник.

Галина рванула первой. Скейтбордом она перекрыла гайкам проход к линии, рукой сгребла сухари в кучку, зубами поймала термос за ремешок и рявкнула:

— СТОЯТЬ, УРОДЫ!

Андрюха уже прижал к груди бейдж «ОХРАНА», как будто это могло придать происходящему законность.

— Вот это контроль ситуации. Даже мне понятно, куда не идти.

Леопольд включил Франкенцикл. Синяя изолента пошла с рамы как аварийная лента. Он примотал ящик к ножке стола, сухари — к ящику, термос — к ручке Франкенцикла, а чеки ловил стетоскопом так, будто это медицинские бабочки.

— С медицинской точки зрения, это не хаос, а рассыпчатость третьей степени!

— Не лечи воздух, лечи последствия, — сказал Пан Коцкий.

— Именно этим и занимаюсь, — сказал Леопольд и приклеил один чек к папке Полковника.

Берюза-3000 напечатала короткие строки:

СУХАРИ: УЧТЕНЫ
ГАЙКИ: УЧТЕНЫ
ТЕРМОС: ПОД НАДЗОРОМ
ЧЕК: НЕ ВСЕГДА ЧЕК

Последняя строка оборвала спор. Даже Райко опустил половник.

Полковник медленно взял чек.

— Это уже не инвентарь. Это намёк.

Пан Коцкий посмотрел на ленту.

— Это текст на кассовой бумаге. Давайте не делать из бумаги штаб.

Райко вытер половник.

— Бумага тоже инструмент народного хозяйства.

Пётр поднял табличку «1945».

— У меня так под Дрезденом было. Только сухари были авиационные, гайки — моральные, а чеков не давали из-за секретности.

Полковник поднял папку:

РАУНД 3: НИЧЬЯ
ОСНОВАНИЕ: ГАЛИНА ОСТАНОВИЛА УДАРНУЮ ЧАСТЬ, ЛЕОПОЛЬД ОФОРМИЛ ПОСЛЕДСТВИЯ

— Та-та-та-та! Турнир завершён. Счёт: Леопольд — один, Галина — один, третий раунд — ничья.

Слова повисли хуже, чем чеки.

Галина поставила скейтборд вертикально, как щит.

— Значит, победа моя. Я в третьем раунде остановила то, что он потом обмотал.

Леопольд поднял палец.

— С медицинской точки зрения, ничья — это симптом незавершённой победы. А симптомы лечу я. Следовательно, победа медицинская.

Андрюха молча взял табличку «НИЧЬЯ», перевернул её и написал углём:

ГАЛИНА

Полковник ткнул карандашом в табличку.

— По какой статье?

— По статье «я так вижу», — сказал Андрюха.

— Это не статья.

— Тогда по статье «она рядом».

Пан Коцкий включил JBL, услышал первый аккорд, сразу выключил.

— Юридически счёт один-один. Практически все устали. Абсурдно — два-ноль в пользу головной боли.

Райко поднял половник.

— Ничья — буржуазный компромисс. В народном хозяйстве ничья должна быть национализирована.

— Кем? — спросил Полковник.

— Кастрюлей, — сказал Райко. — Она одна всех кормит и никого не спрашивает.

Пётр поднял табличку «ГРОЗНЫЙ», потом «АФГАН», потом «КОРЕЯ».

— У меня в трёх войнах ничья всегда переходила тому, у кого громче посуда.

Галина посмотрела на Леопольда.

— У меня скейт громче твоей медицины.

Она ударила скейтбордом о бетон.

КЛАНГ-БРРРР.

Леопольд постучал по Берюзе.

— Зато моя медицина печатает.

Берюза-3000 зажужжала и выбила финальный чек:

ИТОГ ТУРНИРА:
РАУНД 1: ЛЕОПОЛЬД
РАУНД 2: ГАЛИНА
РАУНД 3: НИЧЬЯ
ПОБЕДИТЕЛЬ: НЕ ВЫЧИСЛЕН
СЛЕДУЮЩИЙ ЧЕК: НЕ ОТСЮДА

Полковник побледнел.

— Как это не вычислен? Я же рефери.

— Рефери не калькулятор, — сказал Пан Коцкий.

Андрюха взял чек, перевернул его и написал углём:

ГАЛИНА

Берюза-3000 допечатала снизу:

ИСПРАВЛЕНИЕ НЕ ПРИНЯТО

Галина прищурилась.

— Это ещё что за кассовая демократия?

Леопольд обрадовался.

— Видите? Аппарат сопротивляется коррупции результата.

Пан Коцкий посмотрел на него.

— Аппарат просто печатает. Не начинайте религию вокруг ленты.

Райко поднял половник выше.

— Тогда объявляю техническую ничью с революционным уклоном.

Полковник поставил штамп:

ТУРНИР ЗАВЕРШЁН.
ПОБЕДИТЕЛЬ: ОСПАРИВАЕТСЯ.
ПОТЕРИ: ДВЕ ТАБУРЕТКИ, ДВА СУХАРЯ, УВАЖЕНИЕ К АРИФМЕТИКЕ.

Галина забрала табличку «ГАЛИНА» у Андрюхи и воткнула её между доской и протоколом.

— Пусть висит. Потом разберёмся.

— Галюнь, — сказал Андрюха, — может, чек тоже забрать?

— Не трогай, — сказала Галина.

Впервые за весь турнир она сказала это тихо.

Когда все ушли, на полу остался один учебный чек. Тот, что никто не использовал.

Андрюха поднял его и нахмурился.

— Галюнь, тут ничего нет.

Галина взяла чек, поднесла к носу и помолчала.

— ПФФФ. Это не сарайный чек.

Полковник вытянул шею.

— Откуда?

Андрюха посмотрел на Галину.

— Из магазина?

Галина не ответила сразу.

Чек был пустой.

Но пах он не Сараем-Альфа.

Он пах магазином Галины.

Дальше читать: ОПЕРАЦИЯ «ТИХИЙ ЧЕК»

Звідки посилаються