Теги: батоня история боковая виньетка Бодя Леопольд Льопа медицинский-поход

Статус: active

Слов: 898

ВИНЬЕТКА: МЕДИЦИНСКИЙ ПОХОД БОДИ И ДЯДИ ЛЕОПОЛЬДА

Утро в Сарае-Альфа началось подозрительно спокойно.

Бодя сидел на ящике с надписью «НЕ ТРОГАТЬ, ДАЖЕ ЕСЛИ ОНО НЕ ДВИГАЕТСЯ» и пил чай из крышки от термоса. Он уже почти поверил, что сегодня его не назначат следить за тазиком, шкафом, дверью или неизвестной бумажкой без подписи.

В этот момент дверь сарая распахнулась.

— Салют! — сказал дядя Леопольд.

Он стоял в проёме с рюкзаком, который был перемотан синей изолентой так плотно, будто его лечили от перелома характера.

— Э, бауырым, — сказал Бодя, сразу насторожившись. — Почему у тебя рюкзак выглядит как пациент?

— Это не рюкзак, — важно сказал Леопольд. — Это мобильный медицинско-походный комплекс имени меня. Сегодня мы идём в медицинский поход.

Бодя медленно поставил крышку с чаем на ящик.

— Куда?

— В природу.

— Зачем?

— Лечить её.

Бодя посмотрел в окно. За окном стояла обычная трава. Она никуда не просилась и выглядела значительно здоровее Леопольда.

— Природа не жаловалась, — сказал Бодя.

— Вот именно! — обрадовался Леопольд. — Самый опасный симптом — когда пациент молчит.

Через десять минут Бодя уже шёл рядом с Леопольдом по тропинке от Сарая-Альфа. На Боде висел маленький блокнот для рапорта, карандаш и служебный мешочек с надписью «ШАЙ ДЛЯ ВЫЖИВАНИЯ». Леопольд катил рядом Франкенцикл, на котором были примотаны кастрюля, аптечка, складной табурет и странная палка с градусником на конце.

— Что это? — спросил Бодя.

— Лесной термометр дальнего доверия.

— Он рабочий?

— С медицинской точки зрения — он уверенный.

Бодя записал: «Прибор уверенный. Это плохо».

Первым пациентом похода стал пень.

Леопольд остановился перед ним, достал из рюкзака стетоскоп и приложил его к коре.

— Так, — сказал он. — Пульс древесный. Давление корневое. Жалобы?

Пень молчал.

Бодя прищурился.

— Леопольд, бауырым, если ты сейчас скажешь, что пень стесняется, я уйду в шкаф, даже если шкафа тут нет.

— Нет-нет, — сказал Леопольд. — Пень не стесняется. Он просто в ремиссии.

Бодя записал: «Пень живым не объявлен. Уже хорошо».

Потом Леопольд достал синюю изоленту и аккуратно намотал один виток на сухую ветку.

— Это профилактика?

— Это прививка от сквозняка.

— У деревьев бывает сквозняк?

— У всех бывает, если стоять на улице.

Бодя хотел возразить, но решил не тратить молодую карьеру на спор с человеком, который пришёл лечить лес.

Дальше они дошли до маленькой поляны. Леопольд объявил её «полевым стационаром временного доверия» и поставил табурет. На табурет он положил бутерброд, банку гематогенки, три огурца и рулон изоленты.

— Это обед? — спросил Бодя.

— Это консилиум.

— Қойшы.

— Бодя, медицина требует дисциплины. Сначала осмотр, потом питание, потом повторный осмотр питания.

Из кустов вылезла Батоня. Она посмотрела на Леопольда, на табурет, на огурцы и на Бодю.

— Вы что делаете? — спросила она.

— Медицинский поход, — мрачно ответил Бодя. — Лес лечим, себя калечим. Казахский подход.

Батоня кивнула так, будто это объяснило всё и ничего одновременно.

— Только границы миров не трогайте, — сказала она. — А то один раз уже лечили воздух, потом три часа искали левую сторону дороги.

— Воздух был простужен! — возмутился Леопольд.

— Воздух был февральский, — сказала Батоня.

Бодя быстро записал: «Батоня подтвердила: воздух не пациент».

Но настоящий поход начался, когда Леопольд нашёл следы.

На грязи были отпечатки маленьких лап. Бодя сразу наклонился, профессионально понюхал, посмотрел на направление и сказал:

— Кот. Прошёл недавно. Без паники.

Леопольд присел рядом так низко, что его колени почти достали до подбородка.

— Нет, Бодя. Это симптом.

— Чей?

— Местности.

— Местность ходила лапами?

— Не исключено.

Бодя закрыл глаза.

— Бауырым, я стажёр, но не настолько.

Они пошли по следам и через пять минут нашли Льопу. Он сидел в старом тазике у ручья, передние лапы свесил наружу и смотрел на воду с выражением полного служебного отпуска.

— Льопа, — сказал Бодя. — Ты что тут делаешь?

Льопа не моргнул.

— Я в джакузи.

Леопольд просиял.

— Вот! Первый настоящий пациент похода! Водная терапия уже началась без направления.

— Он просто сидит в тазике, — сказал Бодя.

— Самостоятельное лечение — опаснейшая форма доверия к себе.

Леопольд достал из рюкзака маленькую табличку и поставил рядом с тазиком:

«САНАТОРИЙ № ЛЕС. ОТДЕЛЕНИЕ ЛАПНОЙ РЕАБИЛИТАЦИИ. ОТВЕТСТВЕННЫЙ: КТО ПЕРВЫЙ ЗАМЕТИЛ».

— Э, нет, — сказал Бодя. — Я первый заметил. Но ответственным быть не буду.

— Поздно, — сказал Леопольд. — Ты уже проявил диагностическую инициативу.

Бодя посмотрел на Льопу.

— Видишь, бауырым? Сидел бы ты дома, я бы карьеру сохранил.

Льопа сказал:

— Я в джакузи.

Бодя записал: «Пациент доволен. Врач опасен. Стажёр морально мокрый».

Когда солнце начало садиться, медицинский поход официально завершился. Леопольд объявил, что лес прошёл первичный осмотр, пень стабилен, воздух наблюдается, Льопа санаторно закреплён, а Бодя проявил «выдающуюся походную медицинскую терпимость».

Бодя вернулся в Сарай-Альфа усталый, с грязными лапами и блокнотом, полным слов, которые не должны были существовать рядом.

Полковник встретил их у входа.

— Та-та-та-та. Доклад.

Бодя встал ровно, расправил плечи и прочитал:

— Медицинский поход завершён. Лес жив. Пень не признан гражданином. Воздух без диагноза. Льопа в джакузи. Леопольд опасен, но добрый. Стажёр требует шай, отпуск и запрет на лечение природы без письменного разрешения травы.

Полковник помолчал.

— Та-та-та-та. Рапорт принять.

Леопольд счастливо поднял рулон синей изоленты.

— С медицинской точки зрения, поход удался!

Бодя сел на пол, взял чай и сказал:

— Сначала страдаешь, потом чай пьёшь. Казахский подход, бауырым.

Из-за двери донеслось спокойное:

— Я в джакузи.

Полковник открыл блокнот и записал отдельной строкой:

«Проверить: откуда у Льопы второй тазик».